Чародейки из «Ведьмак 3: Дикая охота» 18+

Вступление

«Если надо будет выбирать между одним злом и другим, я не буду выбирать вовсе». Но как сохранять нейтралитет, когда за твое сердце борются сразу несколько миловидных и в меру стервозных чародеек? В «Дикой Охоте» выбор между Трисс и Йеннифэр для многих стал едва ли не самым важным (и волнительным) решением за игру. А ведь в этот раз к схватке за зрительские симпатии присоединяется Кейра Мец, еще одна волшебница из запутанного прошлого Белого волка. Поскольку после выхода третьего «Ведьмака» прошло уже достаточно времени, и большая часть купивших уже изучила Северные королевства вдоль и поперек, самое время устроить опрос – какая из женщин «Дикой охоты» показалась вам той самой?

Трисс Меригольд

До «Дикой охоты» Трисс была негласным символом «Ведьмака». С чародейкой Геральт встречается в самом начале оригинальной игры, с ней же он преодолевает все тяготы и невзгоды, именно ее он вызволяет из плена в «Убийцах королей». Может, по книгам Йиннифэр и была судьбой Гвинблейда, но для игроков, которые только познакомились с миром Анджея Сапковского, она стала первой, а первые, как известно, не забываются.
Пока Йеннифэр прохлаждалась в Нильфгаарде, Трисс промывала и штопала Геральту раны, помогала вспомнить важные вещи из его прошлого – заботилась, суетилась, защищала. До «Дикой охоты» Йеннифэр была где-то там, а рыжеволосая волшебница всегда оказывалась рядом в нужный момент. Для геймеров чародейка из Марибора стала почти родной: ее новички вселенной знают уже без малого 8 лет, а вот с Йеннифэр многие познакомились лишь недавно.
Поэтому мне было неприятно, когда я узнал, что в книгах Геральт сошелся с Трисс лишь во время очередного расставания с любительницей сирени и крыжовника, быстро к ней охладел и больше ее соблазнительным предложениям не поддавался – до появления видеоигр. И зря. Мой Геральт бы так не поступил. Может, изменил бы с Мец, но все равно остался бы верен своей рыжей избраннице.
Моя секси чародейка! Я с ней^^

С Трисс ведьмак, на мой взгляд, был по-настоящему счастлив (еще бы, Меригольд в отличие от Йенни не делала ему мозги). Вспомните, в прологе «Убийц королей» он даже строил с ней совместные планы – уехать на Плотве в закат, зажить полной жизнью…
Ко всему прочему, Трисс еще и до дрожи красива (ну а кто бы сомневался?). Красива человеческой, женской, а не пластмассовой красотой других героинь видеоигр. Пожалуй, если бы мне приходилось выбирать из них самую-самую, я остановился бы на рыжеволосой Меригольд. Ну кто еще из чародеек в силах похвастать обложкой и разворотом «Плейбоя»? Еще и такими… одухотворяющими!
Впрочем, вызывающая (по сравнению с книгами) внешность – заслуга CD Projekt. У Сапковского Трисс одевалась весьма целомудренно, она не носила платья с глубокими вырезами и открытыми зонами из-за увечий, полученных на Содденском холме. В игре же ее раны чудесным образом исцелились – магия эстетики и маркетинга! Зато остальные черты «четырнадцатой с холма» поляки передали на ура.

Начиная с первой части она приманивала игроков своей необычной внешностью, что привело к большому количеству фанатов по всему миру! Сама Трисс претерпела сильные изменения во внешности с Первой по Третью часть Ведьмака. Начиная c Прически и заканчивая Одеждой.

Йеннифэр из Венгерберга

Было бы глупо отрицать важность Йеннифэр для мира «Ведьмака». Мало того, что чародейка стала судьбой Геральта, с которым она то сходилась, то расставалась, она еще и заменила Цири мать, воспитав девочку как родную (напомню, что волшебницы детей иметь не могут, но Йеннифэр пыталась – взять хотя бы историю с освобожденным джинном).
При этом чародейка из Венгерберга – жуткая эгоистка. Да, она готова на смелые поступки. Например, во время инцидента при Танедде попытки спасти Цири стоили ей места в Совете – ее объявили предательницей.
Также она «обменяла» свою жизнь на жизнь смертельно раненного Геральта – самоотверженный, отчаянный ход, и, если бы не Цири, мы, вероятно, не увидели бы черноволосую красавицу в «Дикой охоте». Но эта смелость не умаляет ее своенравности и циничности, возведенной в абсолют.

Сказывались эти качества и на ее отношениях с ведьмаком. Есть нечто садистское в их связи. Получается такая вот фэнтезийная версия анекдота про мышей и кактус – эти двое расстаются, но проходит время, и они снова вместе, отплясывают на все тех же граблях. И так до следующего разрыва.
В «Дикой охоте» чародейка все такая же властная и подчеркнуто своевольная (в первой же сцене она отказывает ведьмаку в сексе, что изрядно позабавило ведущего Конана О’Брайена). Незадолго до книжного финала саги она возобновила отношения с Белым волком, и вот, спустя столько лет разлуки, она соизволила предстать перед своим возлюбленным лишь из-за Цири и грозящей ее приемной дочери опасности. А в целом – ни привета, ни письма. Так это... по-женски! Опять же, Йеннифэр, несмотря на свое активное участие в событиях игры, все равно держится на расстоянии от Геральта, предпочитая указывать цели. Весьма в ее духе.

Но с такой-то внешностью немудрено. Может делать что хочет, и все равно будут прощать. Пусть Йенни и пьет эликсир красоты, а до того, как стать чародейкой, она была страшненькой горбуньей, в игре она выглядит прекрасно.
При одном взгляде на нее понимаешь, что у этой женщины есть свои тайны, да и вся она – сплошная загадка, сплошь себе на уме. В ее гордых очертаниях таится опасность – из-за взгляда, традиционно черно-белой одежды и угольно-черных густых волос, дополняющих ее готичный образ.
Да и в характере чародейка из Венгерберга кажется более многосложной. Трисс, конечно, тоже не герои Джая Кортни, но все же значительно проще и понятнее. Может, именно поэтому Геральт все время и возвращался к темноволосой чародейке?
Но все-таки. Йеннифэр – стерва.

Кейра Мец

В книгах отношения Геральта и волшебницы не были подробно описаны. Ведьмак знакомится с Кейрой во время бунта на Танедде. Знахарку выбросил из окна член Капитула Артауд Терранова, и целительница приземлилась прямо на голову Белому волку, из-за чего оба оказались в кустах терновника, Мец – с поломанными ребрами и выбитым зубом, Геральт – с ушибами и ссадинами (романтика!). Отношения их не то чтобы задались… Ведьмак поступил с Мец не вполне по-джентельменски – выведав у чародейки всю информацию про Йеннифэр, он отправился за своей черноволосой подругой, оставив Кейру одну, в самой гуще событий.
В «Дикой охоте» Геральт встречает Мец в Велене. Она предстает перед ним абсолютно голой – по закону игр CD Projekt, Гвинблейд обнаруживает Кейру именно тогда, когда она принимает ванну. Оказывается, в Велене чародейка прячется от безжалостных охотников на ведьм и, чтобы пропасть с «радаров», она заделывается простой знахаркой, которая лечит хвори жителей небольшой деревушки по соседству. Само собой, после службы в качестве советницы короля Фольтеста сельская грязь и мухи под юбкой совсем не греют ей душу, да и ворожба над чужим герпесом утомит кого угодно, и уж тем более титулованную целительницу

Кейра вместе с Трисс стала одной из самых молодых чародеек, входящих в Ложу, и даже после того как она оказалась в немилости императора Нильфгаарда и короля Радовида, она не отказалась от своих амбиций и претензий на королевскую роскошь – цепочка квестов вокруг Коломницы разрешается неожиданной драмой, прекрасно иллюстрирующей то, насколько далеко женщина была готова зайти.
Если согласиться и помочь Кейре с проклятием старого замка, она начнет недвусмысленно намекать на ночное рандеву на бульваре Роз. Мой Геральт, будучи тем еще потаскуном, согласился и, в общем-то, почти не пожалел – ну кто откажется от пикника под луной? Или от пряток, в которых ты выслеживаешь «соперницу» по сброшенным женщиной предметам гардероба?

Может, конечно, Сабрина Глевиссиг и была права насчет того, что Кейра – та еще нимфоманка, но целительница по крайней мере знала, как приятно удивить мужчину, чем успешно компенсировала не слишком выдающуюся (на фоне Трисс и Йеннифэр) внешность.
Некоторым покажется странным, что я вообще включил ее в список, но я знаю людей, которые натурально запали на Мец, предпочтя знахарку остальным чародейкам. Наверняка такие найдутся и среди вас.
Возможно, и правда – не окажись в жизни Геральта других, у ведьмака и волшебницы и случилась бы любовь, основанная как минимум на обоюдном уважении.