"По следам предателя"

Шелест листьев...

Шелест листьев пронёсся удалой песней по верхушкам деревьев, грациозно спускаясь вниз, теряясь в глубине ветвей.
Первые лучи лунного света, прорвавшись через завесу густых клубов ночного неба, ярко высветили пространство меж деревьями.
Время стояло прохладное, последний месяц урожая, и по обыкновению, именно в эти часы ночь брала власть в свои руки.

Едва подрагивая, глаз с немым удивлением высматривал нечто на земле, в сухой траве.
Эстель вряд ли уже вспомнит, как она упала на колени, как дрожь сковала с головы до пят. Девушка издала тихий, точно мышка, но жалобный, стон и замолкла. Опять.
Руки упирались в землю, промёрзлую, неприятную, липкую.
Надрывный смех птиц, что вели свою серенаду неподалеку, был точно осуждением для неё, не привыкшей к жестокости со стороны, казалось бы, знакомых людей.
Сердце убаюкиваще рокотало, будто умоляя лечь и забыться сном.

Я пробиралась медленно, точно хищник, выслеживающий свою добычу...
...неумолимо, хладнокровно, уверенно.
Запах крови должен был уже порядком надоесть, так сильно он впивался в ноздри.
Ветер доносил отзвуки со всей долины, в словах и не передать, насколько красочной была эта симфония.
Сосредоточенно сорвав лоскут ткани со своего пояса, я ещё раз вдохнула запах запёкшейся крови. Жертва была неподалеку, я знала, далеко она уйти не могла, подстреленная моим братом, точно зверь, она лишь откладывала неизбежное. Ну ничего, мышонок жаджет игры с кошкой, будет ему.
След.
Ещё.
А здесь, должно быть кое-что интересное...
Я медленно пригнулась к земле, ища подсказки.
Размер человеческих ступней, одна нога явно вывихнута. Кровь, всё там же, куда и попала стрела.
Кусочек ткани. Вероятно, попытка сделать перевязку на ходу не увенчалась успехом.
Что это? Капля, точно от дождя, на ветке можжевелого куста. На вкус... солёная. Значит больно этой твари, слёзы так и летят во все сторны..
Сломанные сучья впереди рассказали больше, чем какой-нибудь краснопёрый предатель.
Моя ухмылка сверкнула белизной острых, что меч твой, клыков. Так легко я ещё никого не выслеживала.

Мольбы сердца были отринуты, разум уже угасал, но волю было не так легко сломить.
Эстель улыбнулась сквозь зубы, привкус соли во рту не предвещал ничего хорошего. Слюна упала на землю и почернела. Колени занемели, девушка собралась с силами и откинулась назад, задрав голову вверх.
Ночное небо было невероятно красивым. Неужели самое прекрасное начинаешь замечать только тогда, когда жизнь вот-вот должна оборваться?
Эстель легонько рассмеялась, как и подобает в Синем Дворце, точно находясь при светской беседе, в окружении статных дам и гордых кавалеров.
Нежно касаясь её лица, прохладный ветерок унёсся прочь, точно гонимый чем-то неведомым.

Я легонько отодвинула кроны деревьев, чтобы лучше рассмотреть свою жертву.
Она была в поле зрения, раскрепощённая, что говорило о боли, сковавшей тело так, что и сдвинуться с места было трудом непосильным. Одежда выглядела рваной, со следами крови, а на открытых частях тела тут и там виднелись ссадины и порезы.
"Вот ты и попалась, мышка" прошептала я тихонько.
Фигура застыла будто онемевшая, издавая звуки наподобие усмешки. Я собралась с силами,
едва сдерживаясь чтобы сразу не убить. Не-ет. Я желаю мести, пусть тварь помучается. Пусть смотрит мне в глаза, как смотрела на Шин'Хара, когда потрошила его, медленно вырезая печень. Я хочу видеть как её искра угаснет.
Эстель замолкла. Ощущение, будто за ней наблюдают, нарушило ход её мыслей, и она, не в силах пошевелиться - столь болезненно отзывалось тело в попытках сдвинуться с места - напряглась, как старый человек на смертном одре, в последние часы свои, внезапно увидевший убийцу из враждебного клана, пришедшего дабы свести старые счёты. Неизбежность подкрадывалась..

Свет луны...

Свет луны угас, тьма сгустилась над лесом, хотя шелест листьев всё также кружился в танце ночной жизни.
Эстель, всё ещё ощущая сковывающий холод по всему телу, нашла в себе силы и повернула голову. Она была одна на поляне, или так могло показаться, но, там, в кронах деревьев кто-то стоял.
Оно смотрело на обессиленную девушку, не с презрением, но, скорее с сочувствием.
Изящные рога подсказали о возрасте и "статности" оленя, стоявшего среди листвы, молча наблюдавшего за ней. Его внимание, внезапно, оказалось привлечено чем-то посторонним, и он, будто забыв обо всём, навострив уши, повернул голову на восток. Что бы он там ни услышал, его это насторожило и он поспешно удалился прочь.
Эстель замерла в ожидании.

Я вышла из чащи, и, подойдя ближе, обошла фигуру медленно, встав, так сказать, лицом к лицу.
И ударом сапога по этому самому "лицу" я выбила из этой проклятой ухмылки все признаки мнимой радости и веселья. Тело упало ничком и ответом на моё "приветствие" был стон. Хорошо, что мы поняли друг друга.
Луна спряталась во мраке тёмных облаков, я схватила тварюгу за руку и приподняла, глаза её сверкали точно ухмылками тысячи сынов Шаддима.

Забавно, когда можно было успеть стать таким немощным и хрупким?
Неужели потеря крови способна довести до отчаяния даже безумного убийцу и садиста?
И где же нож, вечно хранящийся на запястье? Не важно.
Улыбка твари сделала своё, я не сдержалась и всадила свой именной стилет в её горло, не отворачиваясь, не отводя взгляда, наслаждаясь каждой секундой, каждым мгновением.

Горячая красная жидкость брызнула мне в лицо, и я облизала губы, ощущая солёный привкус во рту.
Темнота точно окружила нас, и я, будто обнимая свою жертву, подобно страстному любовнику, выдернула стилет из горла и всадила в живот, небрежно выискивая печень...

...чтобы оставить ответное послание.
.....чтобы отомстить за Шин'Хара!
Теперь улыбка озаряла моё лицо, и наслаждению не было предела.
Я выпрямилась, освободившись от объятий мертвеца и вытерла стилет о его рваное платье.
Мгновения спустя из-за деревьев вышел брат, серъёзность его лица усиливалась за счёт света факела что он нёс в руке. Он неспешно подошёл ближе: "Ты всё-таки выследила ублюдка..."
"Как видишь, Джаал.." ухмылка не покидала моего лица.
"Я взгляну, если ты не возражаешь?"
"Разумеется.." мои зубы оскалились ещё сильнее.
Огонь слегка трепыхался на ночном ветру, точно изношенный флаг старого форта Первозданного Единства, так хорошо я его запомнила.
Одним движением ноги брат перевернул тело убийцы, чтобы лучше расмотреть "моё творчество".
"Великолепная работа, сестра."
"Я польщена, Джаал, из тебя обычно и слова похвалы не выбьешь."
Но брат не ответил, лишь пожал плечами и продолжал осматривать труп. Ну и ладно, и на том, как говорится, спасибо.

Сестра...

Моя сестра - Иделанора - всегда славилась нетерпением во всём, что касалось выслеживания и охоты, с преобладающим, при этом, духом соперничества.
И сейчас, стоя над телом убийцы, чьи деяния так сильно потрясли всё Единство, я не мог не восхищаться работой моей кровной родственницы, и в то же время, понимая, какой опасности она подвергала себя, преследуя добычу в одиночку.
Итак, убийца оказался молодым нордом, интересно...
Я присел на землю, стараясь прочесть особенности и приметы тела убитого, как этому учил Шин'Хар.

Ростом невысок, значит, смешение кровей.
Правый глаз выбит, и, очевидно, уже давно.
Перед смертью ему было очень больно, но не от потрошения стилетом.
Он что-то принял, пытался разжевать...
Ах да, трава червоягодника, хороша в зельеварении при изготовлении обезболивающего, но бесполезная при употреблении в сыром виде. Вот только от неё так не скручивает суставы. Значит, он съел или выпил что-то ещё.
Явных признаков повреждения внутренних органов нет, не видно ни оттёков, ни нарывов.
Сестра тут явно постаралась, истерзала ублюдка, но он и сам себя ранил, намеренно?!
Он был явно не один, ладонь исцарапана, что говорит о том, что бежал он с кем-то сцепившись за руки, и такие следы ногтей могла оставить только женщина.
Кольцо на указательном пальце отсутствует, вероятно он его снял и передал своей спутнице. Странно, я думал что ранил стрелой мужчину...
Изящная, фигуристая эльфийка, стояла над телом поверженного убийцы, и уже, казалось бы потеряла всякий интерес к нему, всецело любуясь отражением своего лица в поясном ноже.
Она поправила левую прядь, ту, что вечно норовила выбраться из-под капюшона и мешала обзору. Ухмылка все также освещала её белые зубы. Девушка была довольна собой как никогда прежде.
"Джаал, мне уже надело здесь торчать, чего ты всё возишься во внутренностях этого трупа? Пойдём домой, мне не терпится рассказать нашим друзьям как я выпотрошила предателя."
Фигура босмера, изучавшего останки, вытянулась, и свет факела снова осветил серъёзное, нахмуренное лицо брата девушки.
"Рано возвращаться. Ищем спутницу убитого. Он путал след своей кровью, давая время своей подружке. Именно её я и ранил."
Этих слов было достаточно, чтобы Иделанора встрепенулась и понеслась в чащу за своей следующей жертвой.
Так сильно её гордость ещё никогда не была задета.

Легкий ночной ветерок принёс прохладу и нежную дрожь.
Эстель лежала, укрывшись в пещере, шум водопада скрывал её сильные, прерывистые стоны, так больно было девушке, на чью долю выпало столько неприятностей.
Она не в силах была и пошевелиться, как она сюда-то доползла, оставалось загадкой.
Улыбка лишь мимолётно осветила оскал окровавленных зубов, тело продолжало ныть, и эта симфония страданий, казалось, намеревалась длиться вечно....
Забыться сном, было бы сейчас очень кстати.